Привет из весеннего января.

В полудохлом состоянии я приполз домой после последнего экзамена. На протяжении четырех дней профессура тестирует нашу изощренность в ответах на самые корявые вопросы, которые они только в состоянии родить. Термометры между тем сходят с ума, показывая температуру, намного опередившую положенную дату. Городские ежи воспряли от спячки и не знают чем заняться. Это новое слово в науке и технике - ежи-шатуны.

У меня появилась игрушка - наладонник Palm. Теперь я могу читать на русском где захочу и что захочу, не таская с собой чемодан с ноутбуком. Конечно, с таким экранчиком удовольствие ниже среднего, но изобилие бесплатных текстов в тырнете скорее ободряет. Но пришлось попотеть над русификацией. Девайс упорно отказывался идти на контакт с добрым десятком скачанных там и сям русификаторов. В конце концов, с помощью форумов и какой-то матери проблема была решена. Предвидя подозрения в ламерстве скажу, что у меня стояла какая-то расистская версия мобильного аналога Оффиса, которая принципиально игнорировала кириллицу. Но, слава будде, наши программеры неплохо поработали для дружбы и взаимопонимания между народами, то есть программами.

В универской библиотеке наткнулся на чудную книжицу:"История химии в комиксах". Любовь местных жителей к книжкам с картинками, которые они уже успели окрестить "Восьмым искусством", все больше напоминает анекдот. Человека, читающего Достоевского, гораздо проще отыскать среди ливанцев. А для французов, желающих приобщиться к великой русской культуре, издательство Академии наук должно немедленно приняться за выпуск полного собрания сочинений Достоевского в комиксах. Начать непременно с "Преступления и наказания". "Sin Sity" в углу бьется в истерике.